— Тогда ему самое время натянуть свои чертовы сапоги, — проворчал священнику сэр Уильям Дуглас, рыцарь из Лиддесдейла, — потому как готов твой святой или нет, а мы выступаем.
Старая, тронутая по кайме и на локтях ржавчиной кольчуга сэра Уильяма была не раз пробита в боях, так что новые кольца бросались в глаза, а видавший виды щит был испещерен вмятинами, как лицо шрамами. Ему минуло сорок шесть, и он утверждал, что носит самое меньшее по одному рубцу, оставленному мечом, копьем или стрелой, за каждый год, высеребривший сединой его короткую бородку.
(с) Бернард Корнуэлл, "Скиталец"